Ахмед Азизов предлагает бороться с коррупцией Совету безопасности Дагестана

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

26 апреля состоится сессия Народного собрания Дагестана, на которой будет продолжено рассмотрение законопроекта "О противодействии коррупции в Дагестане", принятого во втором чтении 27 марта.

Депутат от фракции "Патриоты России" Ахмед Азизов был включен в комиссию по разработке законопроекта "О противодействии коррупции в Дагестане" и инициировал некоторые поправки. О работе над проектом он рассказал в интервью корреспонденту "Кавказского узла".

- На ваш взгляд, насколько законопроект "О противодействии коррупции в РД является практически обоснованным?

- Мы считаем, что решение о мониторинге, должен принимать президент, парламент, в том числе правительство. Наша фракция консультировалась с известными юристами, и в итоге внесла ряд поправок.

О серьезных результатах борьбы с коррупцией пока говорить не приходится. В основном выявляются мелкие преступления. Задерживают преподавателей, которые получил  взятку в сумме 500-1000  рублей. Но люди знают, что везде нужно платить взятки: невозможно открыть свое дело, инвестировать, если не поделишься. Получается, что крупные взяточники уходят от ответственности. Каким образом им противодействовать. Этот серьезный вопрос не нашел отражения в первом и втором чтениях законопроекта.

- Законопроект предусматривает создание внутриведомственных структурных единиц в органах государственной власти, призванных бороться с коррупцией. Насколько эффективной будет их работа? 

- Если руководители ведомств, органов власти эти полномочия возложат на своих подчиненных, например на одного из заместителей, то естественно они будут все контролировать. Уполномоченный специалист не сможет ничего сказать своему начальнику и требовать от него соблюдения законов. Выходит, что это не борьба с коррупцией, а полная ерунда.

Структуры, призванные бороться с коррупцией, должны быть вне администрации городов районов или правительственных ведомства. А в законопроекте прописано, что одна из структурных единиц того или иного ведомства будет заниматься борьбой с коррупцией в этом ведомстве. Эта статья не повлечет никаких практических последствий по борьбе с коррупцией.

- Вы вносили поправку в законопроект "О противодействии коррупции в РД", касающуюся работы главного антикоррупционного органа. В чем суть этой поправки?

- В первоначальном варианте законопроекта была прописана норма о создании специального антикоррупционного органа. Во втором чтении мной было предложено заменить понятие "специальный орган" на "уполномоченный орган", что принципиально меняет суть данного положения. При первом варианте специально создается новая структура власти, для чего потребуется немало бюджетных расходов. Во втором же случае уже существующий орган наделяется дополнительными полномочиями.

- Почему вы рекомендовали возложить функции главного антикоррупционного органа именно на Совет безопасности?

Это отдельный орган, подчиняющийся лично президенту, не входит в систему МВД, и прокуратуры. В задачах Совета безопасности прописано, что он должен заниматься обеспечением внутренней безопасности, анализом преступлений, профилактикой правонарушений. Из угроз безопасности коррупция после безработицы занимает второе место. Об этом говорят результаты социологических опросов. Я думаю, что если Совет безопасности будет усилен экспертами, юристами, антикоррупционная работа сдвинется с места.

- Вашей фракцией разработан альтернативный законопроект. В чем его существенная разница и роль?

- По объему в нашем проекте 30 статей, а в правительственном двадцать. В нашем законопроекте предусмотрены меры финансового контроля, противодействия преступлениям экономического характера, контроля средств, выделяемых по целевым программам.

Предлагали внести отдельные нормы альтернативного проекта, чтоб должностные лица, члены их семей и родственников декларировали свои доходы. Зачастую с целью сокрытия личных доходов имущество переписывается на родственников. Во время второго чтения законопроекта поправка частично была внесена. Свои доходы должны декларировать должностные лица в органах государственной власти. Но, к сожалению, эта норма не распространяется на их родственников. Считаю, что необходимо дополнение, согласно которой правоохранительные органы будут реагировать при декларации доходов.

В законопроекте также не уточнялись функции самого уполномоченного органа, а так же правительства и президента. И благодаря нашей фракции все же эти полномочия были разделены.

- Всего сколько вы внесли поправок, и сколько было их отклонено?

- Лидер нашей фракции Эдуард Хидиров на сессии Народного Собрания говорил, что согласно регламенту, в таблице поправок должно быть отражено количество принятых и отклоненных поправок с мотивировками, почему отклонены или приняты. Таким образом, поправки становятся предметом обсуждения. К сожалению, у нас это делается не правильно. По таблице выходит, что ни одна наша поправка не принята, поскольку не указана ссылка на авторов - фракцию "Патриоты России". Хотя с трибуны Народного Собрания председатель Комитета парламента по законодательству законности и государственному строительству Сефулах Исаков официально заявил, что "Патриоты России" представили свой альтернативный проект, и мы включили поправки из этого проекта. В итоге  получилось, что многие наши предложения приняты без ссылки, то есть признания нашего авторства.

Спикер парламента Магомед Валибагандович Сулейманов говорил, что принятый во втором чтении проект должен быть опубликован, и общество должно принять участие в его обсуждении. Проект был опубликован в официальной прессе, но там ничего не сказано о наших поправках, которые тоже должны быть предметом обсуждения.

Как сообщал корреспондент "Кавказского узла", 24 января на сессии Народного Собрания Дагестана в первом чтении был принят закон "О противодействии коррупции в республике Дагестан".

Представлявший проект закона министр юстиции Дагестана Азади Рагимов заявил, что в Дагестане не стали ждать, когда будет принят аналогичный федеральный закон, который с 2002 года так и не принят Государственной Думой.