Подсудимый по делу "орджоникидзевского джамаата" отверг все обвинения

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Житель Сунжи Акроман Бузуртанов, который не дал в ходе следствия признательных показаний, заявил о своей невиновности. Бузуртанов - единственный из обвиняемых, имевший адвоката с момента задержания и не заявивший о пытках, а остальные под пытками оговорили его, указала защита.

"Кавказский узел" информировал, что Северо-Кавказский окружной военный суд с середины августа рассматривает дело девяти жителей Ингушетии, которых обвинение считает членами группы боевиков "орджоникидзевский джамаат". На заседаниях 9 января прокурор озвучил признательные показания подсудимых, которые рассказали о связи с одним из лидеров боевиков Ингушетии Бесланом Махаури и планах совершения теракта. Восемь из девяти подсудимых заявили, что подписывали документы под пытками. Единственный подсудимый, который не дал признательных показаний - Акроман Бузуртанов, он о пытках не заявлял.

На заседании Северо-Кавказского окружного военного суда 12 января показания дал житель Сунжи Акроман Бузуртанов - единственный из обвиняемых, кто не дал признательных показаний и не жаловался на пытки во время следствия. После его выступления суд назначил дату прений, сообщил корреспондент "Кавказского узла".

В начале допроса молодой человек подчеркнул, что отрицает свою вину полностью. Бузуртанов сообщил, что его задержали в июне 2016 года по дороге в аптеку за лекарствами для родственницы.

«8 июня мы с матерью на такси поехали проведать тетю. У нее не было лекарств и меня попросили сходить в аптеку. По дороге в аптеку меня остановил патруль на УАЗике, спросили документы, у меня их не было. Возникла словесная перепалка и меня отвезли в отдел для выяснения личности. Выяснили, кто я, посадили в "обезьянник", отвезли в суд и дали 10 суток [ареста]», - сообщил суду Бузуртанов.

По словам подсудимого, родственники сразу же обеспокоились его задержанием и наняли адвоката, который пришел в ИВС.

«Адвокат сказал мне, что задержали нескольких парней, что все это может быть связано. Потом меня забрали в ЦПЭ и заявили, что много людей дали на меня показания, спрашивали, знаю ли я Анзора Хациева. Я сказал, что знаю только соседа Анзора Хациева, который чинит машины. Я был уверен, что выйду, но меня забрали в Магас, в ФСБ, предъявили обвинение», - сказал Бузуртанов. Тот факт, что пытки к нему не применялись, он объяснил наличием адвоката с момента задержания.

Акроман Бузуртанов заверил судей, что он «никого не перевозил и ничего не хранил». Отвечая на вопросы адвоката Магомеда Гагиева, Бузуртанов отверг показания других подсудимых и версию обвинения. Он подчеркнул, что никогда раньше не видел цинка с патронами, на котором, по заявлению обвинения, есть отпечаток его пальца, и не передавал Асхабу Албакову гранату-«хаттабку» на хранение, как утверждали другие подсудимые.

Молодой человек добавил, что в последние два года перед задержанием он почти не выходил из дома, так как его отец был прикован к постели. По словам Бузуртанова, в то время он занимался изготовлением тротуарной плитки на станке во дворе дома, а вскоре после его задержания отец умер. Собственного автомобиля у подсудимого не было, хотя выезжая изредка «на похороны и свадьбы», он брал "Мерседес" отца.

О существовании птицефермы у отца Асхаба Албакова Бузуртанов узнал уже в суде, убитых в ходе операций Беслана «Мухаммада» Махаури, Рамзана «Хайруллаха» Махаури, Хасана «Абдулбари» Хациева и Рамзана «Дирара» Гагаева не знал, а Амирхана Аматханова знал как односельчанина с детства, когда они вместе гуляли.

«Я с самого начала просил провести очные ставки и был готов пройти проверку на полиграфе», - добавил в конце допроса Бузуртанов.

На заседании 12 января суд также рассмотрел ряд ходатайств. Так, подсудимый Багаудин Опиев просил вызвать трех свидетелей, которые могут опровергнуть показания других подсудимых об оборудовании схрона с гранатами в водосточной трубе, а защитник Илеза Торчхоева Аслан Булгучев просил вызвать участвовавшего в обыске дома Торчхоевых сотрудника ЦПЭ, чтобы расхождения с показаниями понятых. Обоим подсудимым в вызове свидетелей было отказано.

Также суд отказался истребовать биллинги Багаудина Опиева и отца Лечи Гадамаури. С помощью биллинга Опиев хотел опровергнуть связь с другими фигурантами дела, а Гадамаури - указать на точную дату звонка следователя его отцу и неправдивость слов следователя. Ранее Гадамаури заявил, что следователь звонил его отцу не 9 июня 2016 года, а в ночь с 10 на 11 июня. Судья объявил судебное следствие оконченным и назначил прения сторон по делу назначены на 10.30 мск 22 января.

«Акроман Бузуртанов дал важные показания, которые опровергают версию обвинения. Он давал одни и те же показания с первого дня своего задержания и по сегодняшний день, он свидетельствовал о своей невиновности, был открыт для общения со следователями, отвечал на любые вопросы», - заявил адвокат Бузуртанова Магомед Гагиев корреспонденту "Кавказского узла".

Защитник подчеркнул, что единственным доказательством вины Бузуртанова для следствия и суда являются "выбитые, фактически под пытками, показания других подсудимых", которые его оговорили.

«В прениях я, конечно, буду все это анализировать. Я считаю, что он должен быть оправдан - в показаниях он все рассказал, и ни у суда, ни у прокурора особых вопросов не было, это полная правда, ничем не опровергнутая», - сказал Магомед Гагиев.