Защита Шаври Гаджиева не согласилась с приговором

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Житель Дагестана Шаври Гаджиев не был знаком с предполагаемым террористом Магомедом Магомадовым, за денежный перевод которому в размере 10 тысяч рублей Гаджиев был приговорен 18 февраля Дорогомиловским райсудом Москвы к восьми годам тюрьмы, настаивает защита. Адвокаты намерены обжаловать приговор в вышестоящей инстанции. 

Как сообщал "Кавказский узел", суд отказался отпустить Шаври Гаджиева домой для ухода за отцом, который недавно потерял ногу. Показания двух засекреченных свидетелей на заседании 12 декабря 2019 года не представили суду фактов, доказывающих виновность Гаджиева в пособничестве террористам, считает защита. На заседании суда 12 февраля Гаджиев отказался признать вину, заявив, что не мог перечислить деньги незнакомому человеку из-за небольшого заработка, долгов, а также находящихся на иждивении родителей-инвалидов. В ходе прений сторон 17 февраля обвинение запросило 10 лет тюрьмы, а защита настаивала на оправдании, заявив, что прямых доказательств вины подсудимого нет. Дорогомиловский райсуд 18 февраля приговорил дагестанца Шаври Гаджиева к восьми годам заключения.

Защита намерена добиться отмены обвинительного приговора Шаври Гаджиеву в вышестоящей инстанции, сообщил корреспонденту "Кавказского узла" его адвокат Эльдар Хастинов.

"Приговор суда мы пока еще не получили. Поэтому нам пока не известно, почему суд пришел к таким выводам", - пояснил он, добавив, что назначенное наказание в виде восьми лет лишения свободы является минимальной санкцией по предъявленной статье.

В ходе судебного процесса, отметил адвокат, обвинение не представило доказательств того, что его доверитель был знаком с находящимся в розыске Магомедом Магомадовым, в переводе которому 10 тысяч и обвиняют Гаджиева.

"О судьбе Магомадова нам ничего не известно, мы не знаем, где он сейчас находится. Известно только то, что в феврале 2015 года он был включен в "перечень лиц, в отношении которых имеются сведения об их причастности к экстремистской деятельности или терроризму", который ведет Росфинмониторинг. Этот список опубликован на сайте ведомства, а в марте того же 2015 года был напечатан в "Российской газете". А перевод, согласно версии обвинения, был совершен в сентябре 2014 года. Поэтому нам не понятно, почему моему доверителю вменяется то, что он осознавал, что Магомадов является террористом или экстремистом, если само государство до 2015 года никак не связывало Магомадова с преступной деятельностью", - отметил адвокат.

Гаджиев заявлял на суде, что никогда не был знаком с Магомадовым и вообще не знает, кто это такой, пояснил защитник.
"Не зафиксированы контакты между ними, хотя телефон моего подзащитного проверялся следователями. Нет в деле и других доказательств, подтверждающих, что они знали друг друга, общались между собой. На суде никто такие показания не давал", - добавил он.

Намерение подать апелляционную жалобу на приговор Дорогомиловского райсуда подтвердила корреспонденту "Кавказского узла" и защитник Юлия Бондаренко, которая работает по соглашению с Правозащитным центром ("Кавказский узел" может сообщить название организации по запросу).

По мнению матери Шаври Гаджиева Иманат Газимагомедовой, обвинения в адрес ее сына являются клеветой. Следователи решили любым способом посадить его, так как после ареста мать начала жаловаться во всевозможные органы, сказала она корреспонденту "Кавказского узла".

"Они не отпустили сына, потому что побоялись, что если выяснится, что дело было возбуждено незаконно, то их самих могут привлечь к ответственности", - предположила женщина.

Иманат Газимагомедова после наезда автомобиля получила инвалидность, и, по ее словам, старший сын Шаври был опорой для нее во всем.

"Шаври я воспитывала по-взрослому. Всегда говорила ему, что он старший, поэтому он должен позаботиться о младших сестре и брате. Он с детства помогал мне. В 18 лет работал на трех работах, администратором в компьютерном зале", - рассказала она.

В 2014 году Гаджиев поехал на заработки в Москву, но вскоре был вынужден вернуться в Махачкалу, после того как его жена потеряла ребенка. В Махачкале он занимался небольшим бизнесом, чтобы содержать свою жену и двоих детей, а также помогать родителям.

Сейчас Иманат Газимагомедова живет на небольшое пособие по инвалидности и снимает комнату в Махачкале. Ее младший сын поступил в колледж, но после произошедшего со старшим братом был вынужден бросить учебу и устроиться на работу.

"Приговор мы, конечно, обжалуем. Будем бороться за честное имя моего сына. Если бы я хоть на один процент сомневалась в его невиновности, я бы даже и не заикнулась в его защиту", - отметила она.

После первого ареста у Гаджиева появились проблемы со здоровьем, он постоянно жаловался на головные боли, сказала Иманат Газимагомедова.

"Я ему постоянно говорила, чтобы он лег в больницу на лечение. Но он обещал это сделать позже, когда хоть немного раскрутит свой бизнес", - добавила она.

"Кавказский узел" собрал новости о влиянии войны на Ближнем Востоке на регионы Кавказа на тематических страницах "Сирия в огне" и "Кавказ под прицелом халифата". В разделе "Справочник" размещена справка "Выходцы с Кавказа в рядах ИГИЛ*".