Обвинение запросило 14 лет для волгоградского патологоанатома по делу о смерти роженицы

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Прокуратура попросила в суде назначить 14 лет колонии строгого режима руководителю волгоградского патологоанатомического бюро Вадиму Колченко, обвиняемому по делу о подмене биологических образцов умершей при родах Елены Мачкалян, а его подчиненным – по три года колонии-поселения. Колченко заявил о фальсификации доказательств по делу.

Как писал "Кавказский узел", руководитель волгоградского патологоанатомического бюро Вадим Колченко был заподозрен в служебном подлоге и махинациях с премиями. Выводы экспертов из Санкт-Петербурга не подтвердили указанный в свидетельстве о смерти Елены Мачкалян диагноз, экспертиза приобщена к делу, сообщил 12 марта ее супруг Арам Мачкалян. Документ содержит грубые нарушения и не может быть приобщен к делу, указал Колченко.

Сегодня на заседании в суде Дзержинского района Волгограда состоялись прения сторон, гособвинение озвучило свою позицию относительно меры наказания обвиняемым по делу, сообщила корреспонденту "Кавказского узла" старший помощник прокурора Волгоградской области Оксана Черединина.

"По версии следствия и гособвинения, в конце января 2017 года руководитель Волгоградского областного патологоанатомического бюро после вскрытия трупа 28-летней женщины, скончавшейся в послеродовом периоде от бактериально-вирусной инфекции и отека головного мозга, дал указание исполняющему обязанности заведующего консультативного отделения и врачу-патологоанатому уничтожить вирусологические образцы тканей органов умершей", – рассказала Черединина.

Следователи считают, что после этого они, чтобы не портить статистику по материнской смертности, приобщили к материалам вскрытия образцы пораженной гепатитом печени другого человека, и причиной смерти в заключении указали заболевание, не связанное с беременностью и родами, сказала она.

В период с февраля 2017 года по май 2018 года руководитель бюро получил от санитаров Красноармейского и Дзержинского отделений взятки на общую сумму порядка 600 тысяч рублей, отметила старший помощник прокурора.  Деньги обвиняемому были переданы за то, чтобы он не привлекал санитаров "за оказание ими в нарушение устава учреждения платных услуг родственникам умерших по подготовке тел к погребению", отметила она.

"Эти деньги он (обвиняемый) сначала перечислил девяти подчиненным в качестве премий, а затем забрал под предлогом оплаты хозяйственных  нужд организации. В действительности, считают следователи, обвиняемый распорядился полученными деньгами по своему усмотрению", – сказала Черединина. Все обвиняемые по делу  не признают свою вину, отметила она.

Старший помощник прокурора Дзержинского района Волгограда Юлия Кожедубова предложила назначить Колченко наказание в виде 14 лет лишения  свободы в колонии строгого режима и штрафа в четыре миллиона рублей, рассказала Черединина. Гособвинение также попросило лишить обвиняемого права занимать должности в госслужбе или в органах местного самоуправления сроком на семь лет, указала она.

Бывшим исполняющему обязанности заведующего консультативного отделения и врачу-патологоанатому гособвинитель попросила назначить по три года колонии-поселения, а в последующем лишить их на два года права занимать должности на госслужбе или в органах местного самоуправления, сказала Черединина.

Вадим Колченко считает, что запрошенное гособвинением наказание слишком строгое и "не соответствует ни тяжести, ни фабуле". "Доказанные суммы (в общей сложности) составляют 129 тысяч, при этом более 200 тысяч моих личных средств ушло на хозяйственные нужды. Что касается фальсификаций, прокуратурой был приобщен протокол допроса свидетеля... Сам (свидетель) в зале суда отказался от этого протокола и сказал, что он его не читал, допроса не было. При оглашении обвинительного заключения и требований о сроке наказания прокурор не огласила все имеющиеся в материалах дела доказательства, не дала обоснование ни одному из запрашиваемых требований", – сказал он корреспонденту "Кавказского узла".

Подсудимый предположил, что образцы подменили санитары.

Потерпевший считает доказанной вину патологоанатомов

"Никакой конкретики о том, кто это сделал, я от него (Колченко) не услышал", – сказал корреспонденту "Кавказского узла" потерпевший Арам Мачкалян. Он отметил, что приобщал к делу экспертизу, "в которой все четко расписано  - эксперты установили, что причина смерти – ДВС-синдром (патологический процесс образования тромбов), а вот аутоиммунного гепатита нет". "Они валят все на санитаров. Но санитары - это младший медицинский персонал, они не имеют высшего образования. Тут же надо было иметь доступ к архивам, изыскать умершего с патологией "аутоиммунный гепатит", найти печень и положить в гистологические блоки, в гистологические стекла, во влажный архив. Говорят, что это было сделано случайно, но и случайно это может сделать только квалифицированный специалист...  Очевидно, что это сделано целенаправленно", – считает потерпевший.

При этом он уверен, что "патологоанатомы – не крайние в этой ситуации, они лишь скрывали материнскую смертность и врачебную ошибку своих коллег из перинатального центра Волжского".

Мачкалян рассказал, что дело двух врачей перинатального центра сейчас слушается в Волжском. "Я был у главы Следкома Александра Бастрыкина. Он не смог понять, как беременную женщину с  кровотечением "из больницы в  больницу катали"... Бастрыкин поручил (на тот момент) своему заместителю Игорю Краснову – нынешнему генеральному  прокурору – разобраться в этом деле", – сказал он. По словам потерпевшего, эксперты нашли причинно-следственные связи между действиями врачей и наступлением смерти его супруги, а "смерть ребенка носит уже косвенный характер".

На следующем заседании, которое назначено на 18 марта в 09.30 мск, стороны обменяются репликами, а подсудимые выступят с последним словом, отметил он.

Арам Мачкалян сказал, что познакомился с Еленой осенью 2010 года. "Я в июне (2010 года) пришел из армии, устроился на работу в ночной клуб, Лена тоже там работала. Я работал администратором, она – бар-менеджером. В 2011 году у нас завязались отношения, мы начали жить вместе, планировали создать семью. В 2014 году расписались, у нас родилась дочка Настя. Жили хорошо, была счастливая семья. Сейчас дочка заканчивает садик, в этом году пойдет в школу... Дочка у меня без мамы растет. Знает, что мама уже никогда не придет. За четыре года, что мы ходим в садик, ни разу на 8 Марта не ходили, потому что там песни про маму, а дочка очень болезненно  реагирует на все это", – рассказал вдовец.

Мачкалян рассказал, что после смерти жены решил получить второе высшее образование юриста. "Сейчас учусь на втором курсе... Для меня это дело чести", – отметил он. По словам вдовца, он общается с потерпевшими из-за действий врачей в других регионах. "У нас небольшая группа, мы держим связь, переписываемся, советуем друг другу, что нужно сделать, делимся опытом и поддерживаем друг друга", – сказал Мачкалян.