Член Комиссии по правам человека при Президенте России Светлана Ганнушкина убеждена, что любой чеченец имеет основания получить статус беженца

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Предлагаем вашему вниманию полный текст заявления председателя Комитета "Гражданское содействие", руководителя Сети ("Кавказский узел" может сообщить название организации по запросу) ПЦ "Мемориал", члена Комиссии по правам человека при Президенте РФ Светланы Ганнушкиной:

"С глубоким возмущением я узнала о том, что мое имя и имя организаций, в которых я работаю, используются в подтверждение возможности депортировать в Россию жителей Чечни, обращающихся за убежищем в иных странах.

Я убеждена, что любой чеченец, приехавший из РФ, имеет основания получить статус беженца в соответствии с определением Конвенции ООН 1951 г. (исключение составляют только чеченцы-акинцы, проживающие в Дагестане и образующие особую группу.) Начиная с 1994 г. мною были собраны, написаны и направлены в миграционные органы и НПО разных стран, а также выданы на руки самим ищущим убежища лицам десятки свидетельств, подтверждающих право жителей Чечни на убежище. Эта часть моей ежедневной работы, которая представляется мне чрезвычайно важной, поскольку может избавить людей от жестоких страданий и реальной угрозы смерти.

Каждый год мы составляем доклады о положении жителей Чечни на ее территории и вне её. Такой доклад готовится и в этом году. Не никаких оснований утверждать, что положение изменилось и возвращенным в Россию жителям Чеченской Республики гарантирована безопасность. Происшедшая 8 апреля бомбардировка села Ригахой, приведшая к гибели семьи Дадаевых - матери и пяти малолетних детей, - подтверждает это с полной очевидностью. Это не единичный случай: нами зафиксированы уже в 2004 г. десятки случаев исчезновения задержанных людей, тела которых со следами пыток порой обнаруживают местные жители.

Не желая принять на себя ответственность за происходящее в Чечне, компетентные органы некоторых западных стран искажают полученную от "Мемориала" и, в частности, от меня, информацию. В ответ на некоторые запросы я отвечала, что я не знаю случая, когда бы чеченец подвергался преследованиям именно за то, что побывал за пределами России, просил убежища и был депортирован в РФ. (Я, однако, никогда не утверждала, что таких случаев не было.)

Это не означает, что, возвратившись, житель Чечни сумеет найти место, где будет зарегистрирован и сможет спокойно жить, поскольку в России для чеченцев такого места нет. В наших докладах это подробно рассказано и будет рассказано снова в этом году. Чтобы получить регистрацию в регионах России, необходимо иметь место, где хозяева на это дадут согласие. Однако милиция "не советует" или просто угрожает хозяевам, поэтому таких людей почти не находится. Только близкие родственники и друзья готовы принять чеченцев, но их жилье уже давно переполнено.

Есть места, где жителей Чечни преследуют меньше (Саратов, Нижний Новгород), и где просто невозможно жить (Краснодарский край, например). Но серьезные проблемы есть везде. Кроме того, на единственный принявший чеченцев регион - Ингушетию за 2003 г. распространилась практика проведения жестоких спецопераций, похищений и незаконных задержаний людей.

Надо учитывать, что вырваться в Европу крайне трудно, получить визу дорого и без взятки невозможно (большие проблемы с выездом в Европу были даже у нашей сотрудницы Лидии Юсуповой - лауреата премии Martin Ennals Award.) Поэтому депортированные чеченцы уже не имеют ни гроша в кармане, когда снова оказываются в России.

Разумеется, ("Кавказский узел" может сообщить название организации по запросу) не считает депортацию допустимой. Мы делаем все, чтобы докричаться до ушей западных чиновников. Но они слышат то, что хотят слышать. Нашу информацию называют статистически недостоверной, обвиняя нас в том, что, говоря о сотнях убитых, мы не отмечаем, что тысячи все же остались в живых. Однако и статистика показывает, что число жертв среди мирных жителей в Чечне вполне аналогично тем, которые понес советский народ во время большого сталинского террора. Все это можно найти на сайте ("Кавказский узел" может сообщить название организации по запросу) www.memo.ru.

Отношение западных властей приводит к тому, что иногда беженцы придумывают истории об арестах и пытках, которым возвратившиеся подверглись после депортации. В надежде вернуться и добиться предоставления убежища, люди лгут, потому что страшная правда кажется недостаточно убедительной. Порой западные НПО поддерживают эту версию, стремясь наиболее простым способом добиться запрета депортаций.

Если бы всем возвратившимся в РФ из Европы чеченцам грозила особая опасность, и только поэтому их нельзя было бы депортировать, наша общая работа упростилась бы. Это не так, но гораздо важнее, что в защите сейчас нуждаются все жители Чечни, поскольку им на родине грозит реальная опасность лишиться жизни, а условия их существования невыносимы. Если не удалось прекратить бойню в Чечне, то те немногие, кто вырвался из нее, имеют право получить убежище на территории любой страны, присоединившейся к Конвенции ООН 1951 г.".