Верховный суд оставил в силе приговор по делу о гибели в Чечне ОМОНа из Сергиева Посада

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Сегодня Верховный суд Северной Осетии оставил в силе приговор в отношении двух высокопоставленных сотрудников МВД России, осужденных по делу о гибели Сергиево-Посадского ОМОНа в Чечне в марте 2000 года. Суд отклонил кассационную жалобу адвокатов осужденных, считавших первый приговор суда неоправданно жестким.

Напомним, что 1 марта 2000 года в Моздок прибыл эшелон с отрядом ОМОНа из Сергиева Посада, который должен был заменить в Грозном коллег из Подольска, у которых закончилась командировка. Ранним утром 2 марта омоновцы на пяти "Уралах", которые сопровождал замкомандира подольского ОМОНа полковник Игорь Тихонов, отправились к новому месту службы. В то же утро в руководстве старопромысловского ОВД и комендатуры получили телефонограмму, что к блокпосту направляется автоколонна с боевиками, которые выдают себя за сторонников Бислана Гантамирова. Блокпост усилили сотрудниками ОВД и ОМОНа Свердловской области, которые устроили засаду. Омоновцы из Сергиева-Посада были обстреляны у блокпоста в селении Подгорное Старопромысловского района Чечни. Как показало следствие, обстреляли омоновцев свои, принявшие отряд ОМОНа за группу боевиков. Результатом нескоординированных действий федеральных сил стала гибель 22 милиционеров, 54 получили ранения.

За несколько минут до появления колонны к посту подъехали сотрудники чеченской милиции. Они сказали, что обогнали грузовики с русским ОМОНом, но на блокпосту им почему-то не поверили. Когда первые "Уралы" приблизились к блокпосту, по ним был открыт огонь из автоматического оружия. Потом их забросали гранатами.
Боевики Руслана Гелаева, на которых впоследствии пытались свалить вину за трагедию, в тот день находились в Старых Промыслах и участия в боевых действиях так и не приняли.

Обвинение в преступной халатности, которая привела к гибели людей, предъявили генерал-майору Борису Фадееву, заместителю командира подольского ОМОНа Игорю Тихонову, а также руководителю группы управления Объединенной группировки войск от МВД в Чечне Михаилу Левченко. Последний, как и полковник Тихонов, не сумел обеспечить защиту колонны. Дело командира сергиевопосадского ОМОНа Дмитрия Маркелова, погибшего в ходе налета на колонну, было прекращено по причине его смерти. В 2002 году после двух лет следствия скончался и Игорь Тихонов, дело в отношении его также закрыли, и подозреваемых осталось только двое.

Следствие продолжалось более двух лет, а 22 марта 2002 года Старопромысловский райсуд Грозного оправдал и Бориса Фадеева, и Михаила Левченко, не найдя в их действиях состава преступления. Адвокаты подсудимых были уверены в успешном завершении дела с самого начала. Защитник генерала Фадеева Николай Веденцев заявил, что его подзащитный не получал приказа о сопровождении сергиевопосадцев, а выполнял другой приказ, в получении которого он расписался. Согласно ему, 2 марта 2000 года генерал сопровождал другой отряд милиции, направлявшийся в Гудермес. Защитник полковника Левченко настаивала, что в обязанности ее подзащитного не входило обеспечение прикрытия колонны, к тому же он прибыл на Северный Кавказ лишь за день до трагедии, поэтому не знал оперативную обстановку в регионе.

Однако Генпрокуратура опротестовала оправдательный приговор и 5 июня 2002 года Верховный суд Чечни протест удовлетворил и направил дело на доследование. Впоследствии оно было передано в Моздокский районный суд. 15 декабря 2004 года Моздокский суд принял решение освободить от наказания Фадеева и Левченко. Суд признал их виновными в халатности, повлекшей тяжкие последствия. Поводом для освобождения стала объявленная 26 мая 2000 года Госдумой амнистия в честь 55-летия Победы в Великой Отечественной войне. Попав под амнистию, офицеры должны были в течение четырех лет отбывать наказание в колонии-поселении. Однако адвокат одного из подсудимых Лилия Абабкова заявила, что намерена обжаловать приговор. Она подчеркнула, что даже родственники погибших не признают вины двух офицеров в гибели их близких (родные погибших действительно считают, что подсудимые были выбраны как "стрелочники").

Более мягкого приговора осужденные так и не дождались. Оставив в силе решение Моздокского суда, Верховный суд Северной Осетии все-таки приговорил офицеров к четырехлетнему наказанию в колонии-поселении.