Россия втягивает Грузию в кавказскую войну

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

В понедельник за круглым столом переговоров под эгидой Евросоюза должны встретиться противостоящие друг другу чеченцы - алхановцы и перешедшие на сторону России члены парламента Ичкерии (организация признана террористической и запрещена на территории России). Каковы бы ни были результаты этой встречи, все прекрасно знают заранее, что в любом случае у России останутся костью в горле представители главной силы чеченского освободительного движения - непримиримые масхадовцы.

Отголоски последних чеченских событий вновь пробудили дремлющую у нас, как вулкан, идею кавказского единства, и отнюдь не исключено, что именно это идея станет одним из главных звеньев, объединяющим оппозиционные силы в Грузии.

Для наших оппозиционных партий, претендующих на звание национальных, убийство президента Ичкерии (организация признана террористической и запрещена на территории России) Аслана Масхадова стало прекрасным поводом как для развертывания действий, направленных против российской политики, так и для снятия табу, наложенного на чеченскую тему грузинскими властями полтора года назад.

Лидер Народного фронта Нодар Натадзе уже разработал не только официальное заявление о постановлении парламента о выводе российских военных баз, но и текст обращения к лидерам чеченской национально-освободительной борьбы и чеченскому народу по поводу убийства президента, который он вскоре предложит подписать государственным и неправительственным политическим организациям, хвастающим своим национальным и демократическим настроем.
"Это будет своего рода люстрация для выявления российских агентов в Грузии", - заявляет Нодар Натадзе.

Правда, один пункт этого обращения выглядит, мягко говоря, наивным: "Мы считаем, что в интересы - и в обязанности - грузинского государства входит борьба за освобождение Чечни (Ичкерии (организация признана террористической и запрещена на территории России)) в соответствии с волей чеченского народа. Она должна вестись всеми политическими, дипломатическими и экономическими средствами, не создающими легитимной основы для начала открытых боевых действий против Грузии со стороны России".

По мнению Нодара Натадзе, десятилетняя жесточайшая Кавказская война и затягивание процесса вывода военных баз с Южного Кавказа имеют только три (причем неуважительные) причины: 1) Кремль пытается прочно перекрыть Западу пути к Центральной Азии, а для этого у него есть только две способа - или закрепиться на Кавказе, или превратить его в пустыню с помощью радиоактивных, химических и биологических средств; 2) присутствие в этом регионе ему необходимо для давления на нефтедобывающие страны; 3) в случае ухода с Кавказа он полностью теряет авторитет в глазах своих граждан.

Натадзе уверен, что России в любом случае придется уйти с Кавказа: "Россия уже смирилась с мыслью, что потеряет Южный Кавказ. Об этом я еще в 1993 году беседовал с сотрудником российского МИДа Феликсом Ковалевым, возглавлявшим российскую делегацию на переговорах по подготовке российско-грузинского рамочного договора. Он отвел меня в коридор и сказал: "Мы потеряем Кавказ, но у вас будет с ними война".

Россия, может, и не признает Грузию центром мира по Григолу Робакидзе, но не скрывает, что считает ее жизненно важной для себя провинцией. В свою очередь, грузинский парламент Грузии принял на днях - 10 марта - постановление о том, что отныне "российские военные базы не имеют никакого юридического статуса для пребывания на территории Грузии" и по достижении соглашения на предстоящих переговорах "должны функционировать в режиме выхода".

Вполне возможно, что и об этом документе скоро все забудут, как не помнят о постановлении такого же содержания от 1 июня 1993 г., в котором крайним сроком вывода российских баз был четко указан 1995 год. Основания для таких опасений Нодару Натадзе дает неспешность первых лиц государства. Он встревожен телевизионными комментариями председателя парламента Нино Бурджанадзе и пресс-спикера президента Гелы Чарквиани. Первая назвала крайним сроком вывода баз 5 лет, а второй - 4. А это очень большой срок.

Коба Бедоидзе

Опубликовано 21-22 марта 2004 года