"Надо иметь мужество, чтобы быть у нас журналистом"

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Уже много лет журналисты федеральных изданий не оставляют без внимания Чечню. Но взгляд извне не всегда объективный. Да и московские газеты практически не попадают в республику. Между тем сама Чечня сегодня переживает самый настоящий бум развития местной прессы. О реалиях чеченской журналистики "Новым Известиям" рассказал министр по делам национальностей, информации и внешним связям ЧР Мовсур ИБРАГИМОВ.

- Раньше, во время своих командировок в Чечню, я замечал, что одним из самых дефицитных товаров в республике были свежие газеты. А как сейчас у вас обстоят дела с прессой?

- Даже в благополучное советское время в Чечено-Ингушетии не выходило столько изданий, как сегодня. Сейчас в республике издается 18 государственных газет и 5 журналов. Из них 14 -районные газеты и 4 - республиканские. Все они выходят на русском языке. Одна газета - на чеченском. Дело в том, что во многих районах республики, особенно в горных, сегодня не принимается телевизионный сигнал. Но информация о деятельности нашей администрации, правительства и президента республики должна доходить до всех жителей Чечни. И мы вынуждены издавать газеты практически во всех районах. Кроме того, в Чечне выпускается еще около десяти независимых изданий. Среди них популярная газета "Грозненский рабочий", есть спортивные издания, свою газету издает муфтият. Замечу: все издания печатаются в республике, хотя еще в мае прошлого года, когда я приступал к работе, они печатались в соседних регионах. Но за это время мы получили от федеральной власти современное типографское оборудование на 50 млн. руб. Это позволит нам не только издавать газеты, но и печатать книги и учебники, в том числе на чеченском языке. Кроме того, речь идет и о создании рабочих мест, что крайне важно для Чечни.

- А цензура в республике есть? Вы как министр печати можете позвонить редактору и, например, запретить публикацию какой-то статьи?

- Не скрою, могу. Я руковожу государственными СМИ, финансируемыми из бюджета. Естественно, я как министр печати имею право требовать от них подачу только объективной информации. Конечно, журналисту хочется оказаться первым, и поэтому он не всегда успевает проверить ту или иную информацию. Иногда я могу запретить публикацию. Не потому, что хочу скрыть правду, а потому, что в условиях войны с террористами это может поставить под удар конкретных людей.

- А журналисты не возмущаются?

- Сейчас еще нельзя говорить о полной свободе слова в Чечне. Все-таки в республике сегодня иная ситуация, чем, допустим, в центральных регионах России. И мне кажется, что все работающие в Чечне журналисты понимают это. Руководство республики, ее президент Алу Алханов, наше министерство делают все возможное для того, чтобы наладить жизнь. И главная цель изданий, я имею в виду государственных, это стабилизация ситуации в Чеченской Республике. Пока к нам нет претензий, что, мол, нам не дают говорить правду. Пожалуйста, правду можно говорить, но должны быть какие-то рамки. К тому же я практически всех журналистов знаю лично. Со многими мы вместе учились. Многих я сам учил. И, повторюсь, у нас в республике сегодня не хватает рабочих мест. И каждый дорожит своим местом. Когда жизнь наладится, тогда, наверное, будет по-другому.

- Я знаю, что Чеченский госуниверситет ежегодно выпускает несколько десятков журналистов. У них есть проблемы с трудоустройством?

- Проблемы с кадрами сегодня есть в районных газетах. Опытные журналисты, естественно, предпочитают жить и работать в Грозном, в Аргуне, в Гудермесе. К тому же в селах журналисту работать пока еще просто небезопасно, примерно так же, как и милиционеру. Наши враги преследуют людей в форме и журналистов, которые активно выступают против ваххабизма и терроризма. 
Пресса в Чечне пока в дефиците. Новости люди узнают в основном на базаре. Очень сложная ситуация до последнего времени была в Веденском районе. Там до сентября прошлого года вообще не было своей газеты. Небезопасно там и сегодня. Такая же ситуация в Курчалоевском и Шатоевском районах. Надо иметь смелость и мужество, чтобы сегодня взвалить на себя ношу главного редактора газеты в этих горных районах. Я очень благодарен людям, которые взяли на себя такую ответственность. Спасибо им, что они согласились.

- А центральные издания доходят до республики? Ведь доставить тираж даже в Грозный сегодня весьма непросто, не говоря уже о селах.

- Мы очень благодарны за то, что многие центральные СМИ сегодня бесплатно присылают нам свои издания. Я как министр получаю основные московские газеты и журналы, в том числе и "Новые Известия". Конечно, очень важно, чтобы члены правительства были подключены к общероссийскому информационному пространству.

- Но это чиновники, а как же простые жители республики?

- Может быть, 10% жителей сегодня могут сами приобретать центральные СМИ. В первую очередь это ученые и преподаватели трех вузов в Грозном. Но основной массе населения Чечни сегодня не до газет - надо как-то выживать, кормить свои семьи. Даже если издания начнут поступать в республику, то их просто не смогут покупать. Именно поэтому мы вынуждены распространять бесплатно газеты, финансируемые из бюджета. Конечно, это временная мера. Надо подождать до лучших времен, как говорится. Ведь даже газ и электроэнергия до последнего момента для населения были бесплатными.

- Как, по вашему мнению, освещаются в центральных СМИ события в Чечне?

- Вы знаете, главная боль чеченского народа, в том числе и моя как министра правительства республики, состоит в том, что порой даже уважаемые и известные журналисты в целом не совсем по-доброму относятся к чеченскому народу. Помните, наверное, как после каждого взрыва в Москве в СМИ тут же появляются сообщения о "чеченском следе". Я абсолютно не оправдываю бандитов. Но зачем всякий раз подчеркивать национальность преступника? Я гражданин России, и в паспорте у меня не написано, что я чеченец. И у вас не указана национальность. Я семь лет преподаю в Москве. Зачем из целой нации делать бандитов? Наша задача - и журналистов, и государственных служащих, как патриотов России, сближать народы. Если мы все россияне, то разжигание розни внутри единого народа России неприемлемо. И стабилизации на Северном Кавказе не будет, пока будет такое отношение. Хотя 80% жителей Чечни понимают, что жить без России невозможно, даже территориально. Простая логика подсказывает, что если все полтора миллиона чеченцев вернутся в республику, то им просто негде будет жить. Мы от лица министерства часто выступаем с протестами по поводу таких публикаций, но ведь реакции нет. Вот в чем беда!

- Развиваются ли в республике новые информационные технологии? Например, Интернет.

- Интернет в республике есть. Хотя еще год назад его не было даже в министерстве печати. Сейчас у нас создан интернет-центр, и мы готовим свои сайты. В частности, сайт министерства. Читатель в центральной части России и за рубежом сможет узнать там всю информацию о событиях в республике и существующих проблемах. Мы также работаем над тем, чтобы обеспечить доступ в Интернет не только чиновникам, но и простым жителям Чечни. В университете в Грозном для молодежи открыт интернет-центр. Ведь столько лет они росли, не зная даже, что такое компьютер. Компьютеры в Чечне стали доступны лишь в 2000 году. А сейчас наши ребята занимают призовые места в соревнованиях по компьютерным играм.

- Не секрет, что боевики активно используют интернет-ресурсы для ведения информационной войны. Что вы можете противопоставить тому же "Кавказ-центру"?

- Интернет-центр министерства как раз и должен вести работу против сайтов боевиков, и в частности "Кавказ-центра". Мы знаем, что чеченская молодежь как в Москве, так и в других регионах России активно интересуется новостями из республики. Сегодня они заходят на "Кавказ-центр" и получают информацию там. Да и вы, наверное, пользуетесь этим сайтом. К сожалению, в Интернете практически не представлена точка зрения руководства республики, ее президента Алу Алханова, правительства ЧР. Наша задача - дать объективную информацию о ситуации в республике. Я не говорю, что у нас все хорошо, все правильно - мы работаем в особых условиях вооруженного противостояния.

- Из уст руководства республики недавно прозвучал призыв запретить сайты боевиков. Это официальная позиция вашего министерства?

- Я твердо уверен, что сайты вроде "Кавказ-центра" ничего хорошего для Чеченской Республики не приносят. Но нужно серьезно подумать, прежде чем их запрещать. Если мы сегодня закроем эти сайты, то у нашей молодежи может появиться желание любыми путями получить информацию именно от боевиков. Ведь не зря говорят, что запретный плод сладок. Повторюсь, надо противопоставлять свою информацию. Когда мы в полном объеме заработаем в Интернете, создадим сайты министерства, президента ЧР, вот тогда интерес к ресурсам боевиков пропадет или, по крайней мере, станет значительно меньше. Надо сделать так, чтобы "Кавказ-центр" перестал быть единственным источником информации о событиях в Чечне. Мы работаем в этом направлении.

- Вы отвечаете и за национальную политику Чеченской Республики. Одна из главных проблем в этой области - это возвращение русскоязычного населения.

- Я не люблю это слово. Чеченцы тоже русскоязычное население. К русскоязычному населению можно отнести и армян, и нагайцев. Почему чеченцев нельзя? Что, они хуже знают русский язык? У нас большинство газет выходит на русском языке. Но проблема действительно есть. До войны в Грозном проживали свыше 250 тыс. граждан других национальностей. За эти годы республика стала мононациональной. Но я вас уверяю, что те чеченцы, которые работали когда-то бок о бок с русскими, армянами, евреями, сегодня искренне хотят, чтобы они все вернулись. Каждый понимает, что уехавшие занимали свои места. И их места сегодня в республике занять некому. Это в первую очередь наука. У нас не осталось специалистов в области ЖКХ. В журналистике работало много русских. И мы сегодня делаем все, чтобы вернуть тех, кто был вынужден покинуть Чечню. Это важно и для стабилизации ситуации в республике, и для ее дальнейшего развития. К сожалению, сегодня мы не можем гарантировать людям полную безопасность. Но и в Москве вряд ли кто-то может ее гарантировать. А для начала было бы неплохо, если бы в наши школы приезжали преподавать выпускники педагогических институтов из центральных областей России. Мужчин не надо - пускай девушки приезжают. Их трогать никто не будет. Ведь Ахмат-хаджи Кадырова тоже учила русская учительница. Она, кстати, до сих пор живет в республике. Пускай и наши выпускники едут преподавать в другие регионы. Вот это поможет понять нашим народам, что мы живем в одной стране.

СПРАВКА "НИ"

ИБРАГИМОВ Мовсур Муслиевич. Закончил Чечено-Ингушский государственный университет в 1984 году. Работал в комсомоле. По линии ВЛКСМ направлен в Грозненский пединститут, где проработал до 1997 года сначала простым преподавателем, потом заведующим кафедрой и деканом факультета. С 1997 года преподает в Московском педагогическом государственном университете (МПГУ). Профессор кафедры истории. В мае 2004 года назначен министром по делам национальностей, информации и внешним связям ЧР. Продолжает преподавать в МПГУ. 

Владлен Максимов

Опубликовано 18 марта 2004 года