"Максим Шабалин и Феликс Титов были убиты" - А.Горшков

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Пошел уже 11-й год с тех пор, как в Чечне пропали питерские журналисты, сотрудники газеты "Невское время" Максим Шабалин и Феликс Титов. Их друзья, коллеги и родные неоднократно ездили в неспокойную кавказскую республику на поиски, но ребят так и не нашли. Об итогах этих расследований написано уже немало. Как шли сами поиски и с чем поисковикам пришлось столкнуться в Чечне, рассказывает непосредственный участник событий, редактор отдела политики газеты "Невское время" в 1995-1996 годах, нынешний заместитель директора АЖУР Александр Горшков.

- Всего было несколько этапов поиска. На первом этапе мы совершили две поездки (в середине марта и в начале апреля 1995 года), причем в первую работали одновременно две группы: одна выехала со стороны Ингушетии, другая - со стороны Дагестана. Мы поставили перед собой задачу прочесать Чечню с запада на восток и наоборот, поскольку точный маршрут, по которому ехали Максим и Феликс, был не известен. Я был в группе, которая ехала через Назрань, и в ее составе был также отец Максима Георгий Георгиевич Шабалин. Тогдашний мэр Петербурга Анатолий Собчак подписал все необходимые письма с просьбой оказывать нам содействие. В Назрани мы встретились с президентом Аушевым, который также обещал максимально возможную помощь, и нашу группу тогда сопровождали люди из Назрани.

Мы поехали через Урус-Мартан в Шали, потому что в Шали тогда находилось все дудаевское руководство. Где был сам Дудаев, неизвестно, но там находился штаб департамента госбезопасности Чечни, там же находился Масхадов, и мы подумали, что если есть какая-то информация, то она может быть там. Естественно, по дороге туда мы тоже везде останавливались и спрашивали, не слышал ли кто-то что-нибудь о журналистах из Петербурга.

В Шали тогда мы впервые получили информацию от местных жителей, что кто-то что-то слышал о журналистах из Петербурга, и вроде как они даже приезжали в Шали, но получить подтверждение этой информации нам не удалось. Некоторые чеченцы, говорили, что вроде как, здесь действительно были петербургские журналисты, и они собирались в Грозный, то есть через линию фронта. Проведя в Чечне в общей сложности неделю в таких разъездах, мы вернулись в Назрань, а  затем в Петербург.

Вторая поездка у нас была в Грозный и через Грозный на юг. Тогда ездили Сергей Михельсон (редактор "Санкт-Петербургского Курьера"), Сергей Тачаев (заместитель редактора "Вечернего Петербурга"), которые тогда тоже работали в "Невском времени", отец Максима и я.

Мы жили тогда в палатках на аэродроме "Северный" и работали с нашими сотрудниками УВД и представителем вновь сформированной чеченской администрации, который как раз тогда занимался розыском пропавших без вести.

Обогнув линию фронта, мы через север Чечни поехали в Грозный, и общались там уже с нашими военными, с комендантами районов в надежде собрать так информацию. Мы даже продвигались из Грозного на юг по единственной трассе, которая уходит в сторону гор, предполагая, что, если ребята по этой трассе пытались пройти в Грозный, то могут быть какие-то следы или зацепки. Но, к сожалению, никакой новой информации тогда получить не удалось.

В районе села Старые Отаги мы узнали у местных жителей, что они похоронили двух нездешних людей, и почему-то называли их журналистами. Они указали место захоронения. Это было рядом с кладбищем, и нам пришлось вскрывать это захоронение, чтобы подтвердить или опровергнуть эту версию. Захоронение было примерно месячной давности, но в нем оказались другие люди.

Мы также посещали местные больницы в тех местах, где бывали, разговаривали с медперсоналом. Присутствовали также при вскрытии мест массового захоронения в Грозном. В  этих братских могилах, устроенных во время боев, были сотни трупов. Но чего-либо конкретного узнать опять же не удалось.

- Lenizdat.ru: Как местные власти и жители тогда относились к журналистам?

- А.Горшков: На первом этапе войны и в Ингушетии, и в Дагестане, и мирные чеченцы и ополченцы, как тогда называли боевиков, к журналистам относились нормально, и на тот период не было инцидентов, связанных с журналистами, кроме случаев гибели журналистов при боевых действиях или в результате обстрела. Таких случаев было много во время боев и штурма Грозного, но случаев расправ с журналистами или похищений журналистов на тот момент не было. Максим с Феликсом, пожалуй, стали первыми журналистами, пропавшими при странных обстоятельствах. Они были сугубо гражданскими, камуфляжа, насколько я знаю, не носили - это одно из правил поведения в горячих точках. С другой стороны, это было время "шпиономании", когда местные жители видели в журналистах шпионов, занимающихся разведкой.

- Lenizdat.ru: Было ли у вас ощущение, что ребят умышленно убили или похитили?

- А.Горшков: Вряд ли их похищали. Есть сведения, что они вроде как ехали на автобусе из Назрани и то ли сошли с автобуса по дороге, то ли были сняты с автобуса якобы представителями незаконных вооруженных формирований, а потом, по некоторым сведениям, были найдены их тела. Но даже это совершенно не значит, что боевики их убивали. Это позволяет предполагать что-то, но делать окончательные выводы можно, зная только факты. Как и почему это произошло, вряд ли мы когда-нибудь узнаем.

- Lenizdat.ru: Удалось ли вам узнать что-либо конкретное о судьбе Максима и Феликса?

- А.Горшков: Вся собранная информация позволяет сделать один вывод: что они были убиты. Кем и почему сейчас, наверное, не суть важно. Стояла одна задача - найти тела, потому что для близких, родных одно из самых жутких состояний, когда люди пропали и более-менее понятно, что они погибли, а могилы нет.

- Lenizdat.ru: Приходилось ли вам сталкиваться с трудностями при добывании информации, замалчиванием очевидно имеющихся сведений?

- А.Горшков: Да. Местные жители шли на контакт только до определенной границы. Они легко давали общую информацию, а когда дело доходило до того, что надо совершить что-то конкретное, часто это упиралось в какое-то препятствие.

- Lenizdat.ru: Например?

- А.Горшков: Например, когда нам стало известно, что конкретный человек принимал участие в захоронении тел и надо найти этого человека, выяснилось, что найти его "невозможно" по разным причинам.

- Lenizdat.ru: А со стороны властей были помехи?

- А.Горшков: Со стороны федеральных властей, на уровне командования все необходимое содействие нам оказывалось. Да и какое содействие надо - по большому счету, добро на проведение поисков. Командиры среднего звена тоже всегда помогали нам, поэтому я не могу сказать, что были какие-то там большие трудности, но неприятные инциденты всегда могут быть.

Был случай на посту около Грозного, когда мы пытались проехать в одно из сел, чтобы разузнать у местных жителей что-нибудь. Военнослужащие проделали нам пару дырок в машине, хотя мы объясняли им, что мы не занимаемся журналистской деятельностью, а ведем розыск пропавших коллег. У нас были письма от командующего и другие сопроводительные бумаги, но они почему-то были злы на журналистов.

- Lenizdat.ru: В какие еще неординарные, экстремальные ситуации приходилось попадать во время поисков?

- А.Горшков: Когда нам надо было пройти к предполагаемому месту захоронения у Старых Отагов - а там буквально на днях закончились боевые действия - выяснилось, что участок, до которого надо дойти, находится за большим ровным полем. На поле были растяжки, наверное, что-то было и под полем. И мы осторожно, в течение часа, шли гуськом несколько сот метром, след в след, на некотором расстоянии друг от друга. Впереди шел офицер внутренних войск, который нас сопровождал.

По Старым Отагам тогда как раз проходила некая условная "линия разделения": наши не проходили дальше Старых Отагов, а чеченские бандформирования были уже за Отагами. В самих Старых Отагах не было ни чеченских подразделений, ни федеральных. И мы, может быть, были первыми, кто проехал туда так вот официально из Грозного после боевых действий.

- Lenizdat.ru: Возможно ли сейчас раздобыть еще какую-либо информацию о Максиме и Феликсе?

- А.Горшков: Сейчас возможно поставить точку в этом деле - найти могилу. Я думаю, что еще есть люди, наверное, которые должны знать примерно, где находится эта могила. И я повторюсь, уже не важно, как и почему это произошло. Важен только один вопрос и один ответ. Это действие могло бы стать жестом доброй воли со стороны нынешнего чеченского руководства по отношению к журналистам.

Надежда Алексеева

Опубликовано 25 апреля 2005 года