Во время штурма школы в Беслане использовались зажигательные снаряды, заявляют свидетели

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Вчера, 18 августа, в Верховном суде Северной Осетии состоялось 23 судебное заседание по уголовному делу в отношении Нурпаши Кулаева, единственного живого боевика, схваченного в Беслане, передает корреспондент "Кавказского узла". Как рассказали свидетели в суде Северной Осетии, во время штурма школы в Беслане после выстрелов из танков и огнеметов горели не только трупы, но и живые люди.

Некоторые потерпевшие видели, как тлели трупы. "Передо мной женщина говорила, что чувствовала, как горит ее рука. Мое мнение однозначно: во время штурма использовался напалм (зажигательные вязкие смеси из жидкого горючего и специального порошка-загустителя; температура пламени до 1600 градусов по Цельсию. - прим.КУ)", - высказал предположение о причинах пожара в спортзале свидетель Эльбрус Тетов. "Если не огнеметы подожгли спортзал, то это сделали кумулятивные снаряды, - заявил он. - И если, как говорят в прокуратуре, гранатометы и огнеметы не применялись к спортзалу, то куда они применялись?".

"Я в школе облазил каждый кирпич и не нашел ни одного следа такого заряда. Где-то в середине дня я услышал выстрелы танков, их там было три - два Т-72 и один Т-90. Стреляли болванками, потому что после хлопка выстрела взрыва не было. А уже под вечер танки стреляли фугасными снарядами", - сказал Тетов. Тетов подчеркнул, что служил в армии и хорошо разбирается в оружии и ошибаться не может. По его словам, он насчитал всего 11 выстрелов из танка, из которых восемь было произведено днем.

"Вы как человек военный можете сказать, от чего загорелся зал?" - задали Тетову интересующих всех потерпевших вопрос. "От гранатометов и огнеметов. Мой сын погиб от стопроцентного ожога тела. А как сработали наши пожарные? Я сам видел, как один пожарник сидел и прокручивал скотчем пожарный шланг, он видимо был пробит пулей. О какой готовности можно говорить?".

"Я хочу спросить у представителей обвинения, что за устройство такое было, что у меня начали тлеть руки", - обратилась Дзапарова к прокурорам. "Можно задать вопрос Шепелю: от чего могут гореть руки", - спросила Шепеля другая потерпевшая Юлия Сидакова в связи с показаниями Дзапаровой. "Нет, нельзя", - прервал ее судья Агузаров. "Это не порядок задавать вопросы прокурору", - добавила гособвинитель Мария Семисынова.

"Боевики кричали, что они смертники и что отсюда никто не уйдет живым. Они требовали вывода войск из Чечни и, если мне не изменяет память, из Грузии", - свидетельствовала Дзапарова, попросившая признать родившегося прошлой зимой ребенка потерпевшим.

"Первого числа нам говорили, что никаких требований никто не выдвигает, что боевики выбросили пустую кассету? Это же глупость - выбрасывать пустую кассету. Только второго числа нам стало известно, что террористы выдвинули какие-то требования. Я видел, как Дзасохов связывается в Закаевым, Масхадовым. Людям говорили, что готовится коридор для боевиков, якобы в Грузию, что всех спасут. И люди верили. Уже третьего числа нам стало ясно, что переговоры сорваны и ничего не будет. Я заходил в этот так называемый штаб по освобождению заложников. Да там и штабы то и не было", - рассказал Эльбрус Тетов.

Боевики, загнав заложников в спортзал, вывели большинство мужчин, рассказала мать двоих детей и во время захвата беременная Оксана Дзапарова, пишет об очередном заседании суда "Коммерсант". Они вывели в том числе и ее мужа Аслана Арчегова. "Когда небольшая часть из них вернулась, то Аслана среди них не было. Я все равно надеялась, что с ним будет все в порядке. А после освобождения я узнала, что его сразу же расстреляли", - сдерживая рыдания, говорила женщина.

Как стало известно Оксане Дзапаровой после теракта, ее супруг вместе с другими выбрасывал из окон трупы убитых. Когда один из мужчин предложил ему выпрыгнуть вместе с трупами, муж Дзапаровой отказался, сказав, что в школе находится вся его семья.

"Когда парень, с которым мой муж выбрасывал погибших, выпрыгнул из окна вместе с очередным трупом, моего мужа за это тоже расстреляли. Кулаев, ты видел такого мужчину в школе, - Оксана Дзапарова показала Кулаеву портрет своего мужа. - За что вы его убили?".

"Я не знаю, я не видел, но Полковник говорил, что за одного убитого боевика он будет убивать 20 заложников", - сказал Кулаев.

"Он как всегда ничего не знает, ничего не видел. Я желаю тебе, чтобы твой ребенок говорил своей матери: мама, пойдем к папе на кладбище, мы у него давно не были. Мой маленький сын говорит мне так. Что я должна чувствовать, когда я слышу такое от своего сына?" - заявила Дзапарова.

Потерпевшая Юлия Сидакова возмутилась тем, что пишут журналисты, следящие за процессом. "Вы говорите только то, что нужно им: что Кулаев "единственный выживший террорист". Какой единственный, когда целая партия убежала?" Как выяснилось, у потерпевших была информация, что вместе с Нурпашой Кулаевым задержали еще трех участников захвата.

Только одна из допрошенных вчера потерпевших видела в школе Нурпашу Кулаева. Светлана Бигаева утверждала, что именно он приказал детям становиться в окнах в качестве живого щита. По ее словам, подсудимый был одет в светлую спортивную майку, оружия при нем не было, передает корреспондент "Кавказского узла". "Оружия, правда, у него не было, но он разговаривал с боевиками на своем языке и жестикулировал", - сказала она.

"Кулаев, вы слышали показания потерпевшей?" - спросил судья Тамерлан Агузаров у подсудимого. "Да, слышал. Я помню, как она там сидела. Но я с боевиками не общался, не разговаривал. Если б я с ними общался, они бы меня убили сразу. Я с альфовцами говорил".

Напомним, что потерпевшие не раз заявляли о своем недоверии прокуратуре и непосредственно Николаю Шепелю. По их мнению, многие важные детали теракта группой обвинения обходятся стороной, замалчиваются

"Товарищ Шепель, когда вы скажите нам правду"? - спросила у прокурора Юлия Сидакова.

"Мы скажем правду. Расследование основного дела продолжается. Сейчас же мы рассматриваем дело в отношении Кулаева", - ответил замгенпрокурор.

"Сколько можно все замалчивать. Вот сейчас нас на камеру снимают, но я уверена, что это не покажут. Вы показываете только то, что вам выгодно. Что бы вы не построили сейчас в Беслане, это нашу боль не уменьшит. Сейчас к нам на поминки приезжают наши должностные лиц, помощь нам оказывают. Зачем это нам сейчас нужны? Почему первого сентября нам никто не помог?", - сетовала Сидакова.

В слушании уголовного дела в отношении Нурпаши Кулаева объявлен перерыв до вторника, 23 августа. Председательствует по данному делу председатель Верховного суда республики Тамерлан Агузаров. Группа обвинения представлена замгенпрокурором Николаем Шепелем, старшим прокурором управления Генеральной прокуратуры на Северном Кавказе Марией Семисыновой, а также заместителем прокурора Северной Осетии Асланом Черчесовым. Адвокат Кулаева - Альберт Плиев.

Напомним, в начале августа от ран скончалась 32-летняя Марина Жукаева. Она стала 331 погибшим в результате теракта в Беслане. Таким образом, число жертв теракта в Беслане 3 сентября 2004 года достигло 331 человека: 318 заложников, один житель Беслана, который принимал участие в спасении заложников, а также два работника МЧС и 10 сотрудников спецназа России.