В Ингушетии воюют не террористы, а кланы, считает эксперт

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

"Последние события в Ингушетии — подрывы поезда с нефтью, базовых станции сотового оператора, то есть преступления изначально не нацеленные на гибель людей, а только на уничтожение материальных объектов — это не терроризм, как сейчас модно подавать среди коллег, а война кланов за собственность или просто предупреждения конкурентам», - заявил в интервью корреспонденту «Кавказского узла» высокопоставленный офицер Департамента по борьбе с организованной преступностью и терроризмом  МВД России.

«Конечно, сейчас модно говорить о происках террористов, нагнетании ситуации в республике, с целью дестабилизации обстановки и прочую словесную шелуху, которая собой закрывает главное — неумение или нежелание местных сотрудников милиции искать преступников. Обычно это оправдывается тем, что террористы дескать неуловимы, а на самом деле, те кто подкладывал взрывчатку под поезд или станцию связи ходят рядом с милиционерами по улице, живут в соседних домах и все друг о друге все знают! — продолжает офицер. — Все северо-кавказские республики поделены между собой и внутри себя на преступные кланы, основанные на тейповом обществе. Они контролируют все сферы деятельности, особенно прибыльные. Там уже нечего делить, структура устоявшаяся и ломать ее никому не нужно».

Напомним, что в ночь на 17 марта в Ингушетии прогремело сразу два взрыва. Был подорван состав с сырой нефтью и базовая станция «Мегафона». Жертв в обоих случаях нет. Серьезный ущерб причинен только частной компании «Мегафон».

«Иногда какой-то клан переходит границу другого клана. Обычно в таких случаях с «нарушителями концессии» сначала пытаются спокойно договорится, и только уже потом наносят удар. Причем на Кавказе все-таки стараются трогать не людей — кровную месть никто не отменял, а причинить ущерб бизнесу. Понятное и доходчивое предупреждение, - рассказывает офицер. — Эта система деления территории и бизнеса на кланы и тейпы появилась в середине восьмидесятых годов, сейчас же она только окрепла».
    
В этой преступной схеме, по мнению офицера, «задействованы все, в том числе и местные правоохранительные органы». «Представьте себе ту же Ингушетию — республику за полчаса на машине проехать можно. Все и всех знают, кто чем дышит, кто чем занимается. Но все повязаны родственными связями, например, один брат бандит, другой в милиции служит. И что он его арестовывать пойдет?! Нет, конечно! — говорит источник. — Но и свое бездействие надо как-то легализовать, вот и возникают версии и легенды о неуловимых террористах, которые поезда под откос пускают, и вышки сотовой связи взрывают без единой жертвы. И такие рапорты идет наверх, в Москву, а здесь, конечно, знающие люди им не верят, но молчат. Потому что у нас теперь новый приоритет — везде террористов искать, вместо того, что бы работать».