В Ингушетии беженцы в лагере "Ангушт" стали арендаторами
Беженцы, проживающие в лагере "Ангушт" в Назрани, вынуждены теперь снимать помещения в лагере в аренду. Люди утверждают, что лишились не только бесплатного жилья, но и выплат от государства.
Всего в лагере живет на данный момент 67 семей. Половина из них - беженцы из Грозного. По официальным документам проживающие в лагере перестали быть беженцами два года назад. Имея статус вынужденных переселенцев, беженцы находились в ведении ФМС. Тепрь они стали арендаторами помещений у собственника, владеющего этим широким двором (бывшая территория организации Сельхозтехник), в котором располагается, помимо лагеря, стоянка Газелей, возящих пассажиров в Грозный.
Аслан Яндиев и Фатима Алиева супруги. Их сыну Магомед-Амину нет еще и года. Аслану 20 лет. Его родители родом из Пригородного района. После трагедии 1992 года его семья вынуждена была бежать. Он недавно женился, и надеялся получить землю для постройки дома по какой-нибудь социальной программе для молодых семей. Однако надежды не оправдались. Ничего не получив от государства, супруги вместе с ребенком сняли комнату в сборно-щитовом домике без удобств в лагере беженцев.
"Мы платим две тысячи рублей в месяц за это жилье. Вода на улице, душ и прачечная тоже там. Зимой тут нельзя жить будет, придется искать что-то другое, конечно, подороже. Для нас это тяжело. Из-за отсутствия постоянного жилья нет возможности устроиться на постоянную работу, подрабатываю грузчиком. Все время переезды, да и с пропиской сложности. Если бы у меня была земля под дом, я бы постепенно собрал деньги, выстроил сначала фундамент, потом понемногу все остальное. Но пока этот вопрос не решается, у нас нет надежды на собственный дом", - говорит Аслан.
По средним оценкам земля в родном селе Аслана, Майском, в Пригородном районе Северной Осетии стоит 200 тысяч рублей за десять соток, необходимых для участка под постройку жилья. Этих денег семье взять неоткуда.
Напротив сборно-щитового жилища Яндиева - длинный барак, в каждом из отсеков которого проживает по четыре семьи. Двери каждой из четырех комнат выходят в одно помещение - общую кухню. Она же служит гостиной и прихожей.
Яха Дзейтова, беженка из Грозного, живет здесь со своими двумя дочерьми и шестью внуками, старшему из которых 18, а младшему только восемь лет. Муж одной из дочерей пропал без вести несколько лет назад. Женщины подрабатывают посудомойками, нанимаются на свадьбы и прочие торжества. В "Ангуште" у семьи временная прописка. Свой дом в Старопромысловском районе Грозного Яха с родными покинули 16 сентября 1999 года. Она рассказала, что "сначала жили в вагонах, потом в палаточном городке для беженцев, который впоследствии убрали
В нашей стране власти почти всегда шли по пути создания проблем, что бы впоследствии героически их преодолеть. Проблема беженцев и вынужденных переселенцев, приняла форму борьбы с ними. Весной прошлого года власти заявили о ликвидации всех мест компактного проживания беженцев. Фактически беженцы есть, а мест где они проживают, нет. Вокруг беженцев с Чеченской Республики одна ситуация, вокруг беженцев с Пригородного района и г. Владикавказ, другая ситуация. Власти Чеченской Республики заявляют о необходимости возвращения беженцев с территории соседних республик домой, несмотря даже на жилищные проблемы беженцев. Беженцы с Пригородного района и г. Владикавказ сталкиваются с ситуацией, когда власти их не только не ждут в их собственных домах, либо на разрушенных родных улицах, но и даже не собираются их туда пускать, под различными наивными, а иногда и провокационными лозунгами. Придумываются тысячи надуманных причин и доводов, что бы не решать их проблемы уже на протяжении последних 18 лет. Подтверждением обратного, было бы возвращение беженцев в их дома, но…
