Загадочная смерть жителя Северной Осетии

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО “МЕМО”, ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО “МЕМО”.

13 августа недалеко от селения Гизель Пригородного района Северной Осетии в полувысохшей пойме реки Черная пастух обнаружил тело мужчины пожилого возраста.

Из рассказа пастуха следовало, что к этому месте его подвез напарник, чтобы оттуда пройти к стаду коров, которое паслось недалеко. 

Впоследствии в трупе опознали местного жителя Ахсара Валиева, которого ранее объявили в розыск по заявлению родственников. Из одежды на нем были только трусы. По всем видимым признакам тело пролежало в этом месте не один день. Как стало известно, Ахсар Валиев, которому было 69 лет, жил один. Его сестра Мадина, живет в Москве. Она и подняла шум, когда в течение недели не смогла дозвониться до брата. Совместно с родственниками, а потом и с полицией, она стала искать его. 

Труп отправили в Бюро МЗ РСО-А на судебно-медицинскую экспертизу. 

Эксперту предстояло установить причину и давность смерти, наличие у трупа телесных повреждений, и если они обнаружатся, то давность их образования, и чем могли быть причинены. А также - могли ли травмы быть причиной смерти. 

Как следует из заключения СМЭ, у покойного Валиева оказались сломанными ребра в области груди – два справа, три слева. Получены они «в результате столкновения с твёрдым тупым предметом». В крови у трупа не было обнаружено ни алкоголя, ни каких- либо запрещенных или иных лекарственных препаратов. При этом эксперт не смог определить, стала ли травма грудной клетки  причиной смерти Валиева. 

Как следует из заключения, труп пролежал в пойме реки более трех недель, за это время он так подвергся разложению, что провести гистологический анализ и установить причину смерти стало невозможным. Не выяснил эксперт также, были ли получены Валиевым  травмы при жизни, или уже после смерти, почему он оказался в таком странном месте, без одежды, и куда делась его одежда, мог ли он утонуть в реке, была ли на момент его гибели в реке вода. 

Полиция также сделала вид, что никакого происшествия на участке не было.

«А зачем возбуждать дело? По поводу чего? Кого искать?», - говорили они сестре покойного. Казалось, что они стараются закрыть дело поскорее. 

А если вдруг Валиев стал жертвой преступления, допустим ДТП, преступник, получается, не понесет никакой ответственности. Потому что полиция не хочет действовать. Полиция не опросила пасечников, чьи грузовые машины с пчелами располагались в 30 метрах от места, где было найдено тело. Не стали опрашивать и пастуха, почему его привезли именно в то место, где проход к стаду затруднен из-за обрыва. В этом месте обрыв и канал, где нашли тело.    

И вообще, поведение пастуха, показалось родным Валиева, наигранным, как будто он говорил по заученному сценарию.

«Было ощущение, что он неискренен. Мне также показалось, что у полицейских давно была информация о месте нахождения тела моего брата», - говорит сестра Валиева Мадина. 

В возбуждении уголовного дела по факту смерти Валиева было отказано.

Таким образом, осталось неустановленным, что могло случиться с бедолагой Валиевым. При каких обстоятельствах у него были сломаны ребра. И отчего он умер. Потому что те, кто должны этим заниматься, не считают нужным делать свою работу. То ли от незнания, то ли от нежелания.  

===

Судебно-медицинский эксперт из Москвы, к которому обратилась сестра Валиева, ознакомившись с заключением Бюро СМЭ МЗ РСО-Алании, подверг его критике. 

По его мнению, эксперты не ответили на главный вопрос, носила ли смерть  криминальный характер. Эксперт указал, что для того, чтобы установить, когда произошел перелом ребер -  при жизни или после смерти, эксперту следовало описать состояние мягких тканей из мест перелома, и взять оттуда материал на гистологическое исследование. Между тем, этого не было сделано. Экспертиза не обосновала давность смерти, не установила ее причину.  

Сам эксперт предположил, что смерть Валиева могла наступить от остановки сердца, когда он вошел в холодную воду. В пользу этой версии, по мнению эксперта, говорит его возраст.  Но для того, чтобы установить это наверняка, экспертизе надо было определить состояние сосудов покойника, чего так же не было сделано.

Но, если допустить, что он умер сам, то кто в этом случае мог сломать ему ребра? Вряд ли они могли сломаться, когда труп переворачивали. 

Это история о том, как в нашем обществе все меньше становится профессиональных людей. Это происходит во всех сферах – в медицине, юриспруденции, в судебно-медицинской экспертизе, в полиции.