Буданов, Шаманов... что дальше?

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН И РАСПРОСТРАНЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ООО "МЕМО", ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ООО "МЕМО".

Осуждение командира элитных войск за совершенное преступление на территории Чечни, по замыслу неких кремлевских стратегов, должно было показать всему миру и, в первую очередь, "назойливым" международным правозащитным организациям, что Россия вступила-таки в полосу торжества правосудия. Можно было бы на это сказать святая наивность, если бы в "деле", кроме Эльзы Кунгаевой, не фигурировали десятки тысяч других загубленных жизней. Совершенно невинных людей. Я уж не говорю о разрушенных домах и потерянном имуществе мирных граждан.

Ну, право, смешно было рассчитывать на поворот утвердившегося мнения о безнаказанности военных преступников в Чечне, на основе одного судебного процесса. Но ведь и процесса не получилось показательного, убедительного. Получился ничем не прикрытый фарс, по высшей планке дискредитировавший российское правосудие. Получился обратный эффект. Хотели как лучше, а получилось как всегда.

Время от времени, из уголовного выливаясь в политический процесс, дело Ю. Буданова высветило и болезнь самого российского общества, готового возвести насильника-убийцу на трон великомученика и национального героя. Грустно было наблюдать за неистовавшей толпой поклонников Ю. Буданова перед зданием суда. И в это правовое пространство тянут за волосы Чечню. Как тут не вспомнить Грибоедова: "А судьи кто?" И кто герои?

- Но ведь посадили же! - так, возможно, воскликнул бы иной читатель. Формально - да. А практически ... Никто никогда здесь, в Чечне, не тешил себя иллюзиями, что полковник Буданов окажется на обычных нарах. И не оказался. Спасибо телеканалу НТВ, где, в отличие от других каналов, иной раз проскальзывают достоверные сообщения. 21 ноября в новостной программе передали то, что и следовало ожидать. Из обычной тюрьмы бывший комбат переведен в тюрьму с особыми условиями, где все на порядок лучше. На территории Ульяновской области, по инициативе небезызвестного, вернее, известного своей жестокостью по отношению к мирным людям в Чечне Шаманова, бывшего командующего, а ныне губернатора области.

Что будет дальше. У нас так все предсказуемо. И гадать не надо. У Ю. Буданова будет отдельная камера с ковром на полу, с цветами на подоконнике, цветным телевизором, мобильным телефоном и "приятным обществом". А может даже и не камера, а шамановская дача - откуда нам знать, как он будет "тянуть" срок.

Вот и все. Налицо - "неотвратимость" наказания. А если серьезно, то я воспринял это сообщение как очередную, смачную оплеуху целому народу. Моему народу. И мне, в том числе. И ведь не ответишь никак. Может, от нас добиваются того, чтобы после каждой оплеухи, пощечины, мы подставляли другую щеку? Что же ты с нами делаешь, Россия? Чего добиваешься? Когда твои благозвучные воззвания будут совпадать с твоими делами? А ведь тебе рано или поздно предъявят счет. И найдутся тысячи и тысячи свидетелей, готовых дать показания в международном трибунале. Не пора ли осознать все происшедшее и покаяться? Устами своих лидеров, направлявших и командовавших. Ведь ты имеешь дело с целым народом. Третьим по численности.

Не можем же мы, чеченцы, вечно жить со злобой в груди и передавать ее из поколения в поколение. Мы хотим забыть то, что видели и испытали в ходе твоих "кампаний".

Я до сих пор срываюсь не в силах удержать слез, когда вспоминаю о том, как на нашей улице снарядом оторвало ноги молодой женщине - матери двух маленьких девочек, как глазами полными ужаса и едва проглядывающейся надеждой, она смотрела на меня и спрашивала вновь и вновь: "Мне помогут? Меня отвезут в больницу?". Ее почти черное лицо всю жизнь будет перед моими глазами.

Несмотря на продолжающийся обстрел, ее вывезли из города, но спасти не смогли. Умер и брат ее мужа, находившийся рядом с ней в момент взрыва.

А обстрел города, переполненного мирными жителями, вело федеральное подразделение, расположенное на сопке у Гудермеса, и прекращен он был лишь после того, как до военных чудом добрались парламентеры; работник милиции, русский офицер и женщина - чеченка, назначенная позже главой Гудермесской районной администрации, которым пьяный генерал, кстати, условием прекращения огня поставил ящик водки. В течение нескольких дней под артиллерийским и минометным огнем "наших" в Гудермесе погибло тогда более 300 человек из населения. А генерал за эту "доблесть" занял высокий пост в МВД РФ.

Как сейчас помню, как в ясный солнечный день в августе 1996 года на моих глазах два российских самолета выпустили ракеты по машинам с беженцами, возвращавшимися в Гудермес из села Комсомольское. Из одной только семьи Вашаевых погибло тогда 13 человек, в том числе и дети. Их хоронил весь город, мужчины плакали навзрыд - женщины едва не обезумели. А летчики наверняка получили награды.

И это далеко не все, что я видел сам, а я, по сравнению с другими людьми, видел очень мало. Те же грозненцы повидали куда больше. И с этой памятью, с этим тяжелым грузом на сердце мы все равно устремлены на север - в Россию. Выбора-то нет. Трудимся, коль есть работа, сеем, пашем, пишем стихи, голосуем на выборах. Хотим, жаждем мира. И просим только одного - чтобы нас не убивали, не похищали, не унижали.

А Буданов... Даже если бы его четырежды распяли, разве это было бы восстановлением попранной в Чечне справедливости? А его даже в обычной тюрьме не оставили.

Позор. Убожество. Фатальный цинизм. Чего ждать от тебя завтра, Россия?!

Опубликовано 5 декабря 2003 года