Пост как послесловие к посту про ислам в Норвегии.
Свой вчерашний пост об исламе в Норвегии я разместила и на фейсбуке. Он вызвал неоднозначную реакцию и полемику среди моих друзей. В результате одна моя ФБ-подруга меня заблокировала, видимо, потому что я не согласилась с ее аргументами, что мусульмане не хотят развивать свои страны, а мигрируют в сытую Европу на все готовое и живут там, паразитируя, на пособия, привозя с собой ворох своих проблем. Другого человека за явные антиисламские выпады я сама исключила из друзей. (Он написал, что рано или поздно мусульмане превратят цветущую Норвегию в руины, и не стоит строить столько мечетей в такой маленькой стране).
В связи с этим хотелось бы напомнить о том, что самый страшный в Норвегии теракт был совершен отнюдь не мусульманином.. И спустя 4 года после трагедии Норвегия пытается осмыслить трагедию и сделать выводы…
22 июля 2011 года норвежский националист Андерс Брейвик устроил двойной теракт. Сначала он взорвал бомбу в правительственном квартале Осло. Погибли 8 человек. В то время, как все силы полиции были брошены на место взрыва, стрелок нанял паром и, переодевшись в полицейского, отправился в летний молодежный лагерь активистов Трудовой партии на острове Утойя и там хладнокровно расстрелял 69 человек.
Суд дал Брейвику высшую, по норвежским законам, меру наказания — 21 год тюрьмы. По истечении срока заключения приговор могут продлить еще на пять лет.
Брейвик за несколько часов до совершения теракта опубликовал в интернете огромный 1500- страничный «манифест», который эксперты называют аналогом «Майн кампф». В нем он дает волю антиисламским взглядам, заявляет, что борется борьбу за освобождение Европы от мусульман, которые ведут «тихий джихад» в Европе. Европа, как считал преступник, должна вернуться к монокультурности и изгнать всех мигрантов.
В фокусе обвинений Брейвика не исламская иммиграцию сама по себе, а политика мультикультурализма, именно поэтому он расстрелял лагерь Трудовой партии, которая поощряет миграцию в страну.
Число мусульман в Норвегии действительно растет – есть школы в Осло, в которых выходцы из Азии и Африки (в основном, мусульмане) составляют большинство, таких школ уже 58 (всего же в Осло 136 школ). А количество школьников-мусульман в Осло достигло 40%. И не все иммигранты адаптабельны к европейской культуре и многое воспринимается в штыки, особенно характерные для Норвегии модели семьи и родственных отношений…
Но только ли кризис европейских ценностей, неадаптированность мигрантов, отсутствие нового общественный проекта для молодежи Европы породили Брейвика?
Журналист и писатель Оге Борхгревинк в книге «Норвежская трагедия» пытается дать свой ответ. Он находит связь между детством Брейвика и самыми темными мыслями его 1500-страничного манифеста. Критики назвали книгу Борхгревинка криком боли из Норвегии. «Это - отчаянный крик благополучного и толерантного общества, ужаснувшегося от того, что оно породило такое чудовище», - пишет одна из газет.
Борхгревинк тщательно воссоздает социальный мир ребенка и подростка Брейвика, его странные отношения с матерью, его дружбу с пакистанским мальчиком и его попытки втереться в доверие к уличным бандам-граффитистов. Автор включает в свой текст выдержки из работ по психологии и пытается связать поведение Брейвика с правыми группами и идеологией.
Летний лагерь на крошечном острове Утойя Борхгревинк описывает как тип политического народного лагеря, где молодые норвежские активисты Трудовой партии сидят возле костров и ведут беседы о политике, это своего рода уютная коммунальная скандинавская идиллия, куда Брейвик не вписался бы, как много лет назад не вписался в сердца своих родителей.
История Брейвика рассказана автором как история нелюбимого своей матерью, отвергнутого подростками-сверстниками, обделенного женским вниманием человека — это история маленького жалкого человека, который хотел прославиться.
Он не добился ни одной цели, которой хотел достичь. Норвегию не накрыла волна исламофобии, она стала еще более открытой, еще более демократичной страной, где у мусульман есть все возможности вписаться в это общество, сохраняя свои традиции и религию.
Именно поэтому возможности радикализации мусульманской уммы в Норвегии практически сведены к нулю, а терроризм воспринимается обществом как маргинальное явление, не имеющее отношение к исламу.
